Промышленная революция и ее последствия стали несчастьем человеческой расы...

Обычно слово прогресс употребляется исключительно с позитивным оттенком. Именно благодаря научно-технической мысли нас окружают удобства, которые принято называть благами цивилизации. Многие современные жители крупных городов, мегаполисов настолько далеко ушли от «корней», настолько привыкли к многочисленным мелочам, их окружающим, что, лишаясь их, испытывают подчас нешуточный стресс. Однако, вряд ли для кого-то окажется откровением, что любое изменение действительности имеет как положительный, так и отрицательный аспект. И научно-технический прогресс в этом вопросе не исключение.

Мы многим обязаны прогрессу. Последние 200 лет развития человечества радикально преобразили среду, в которой мы обитаем. Однако, заплачено за это тоже было немало. Массовые смерти от химического оружия в первую мировую войну, гибель Хиросимы, Чернобыль — все это лишь крохотная толика неосторожного, а чаще злонамеренного применения плодов прогресса.

Но, как предполагают некоторые, опасность, подстерегающая человечество заключается не в новых видах вооружения — с ядерной бомбой мы живем уже более полувека и, кажется, научились справляться с желанием применять подобные виды оружия, сменив попутно двухполюсную политическую модель на проамериканскую, в которой у США пока нет равного противника. Нет. Опасность для нас представляют технологии, которые служат нам сегодня верой и правдой, но завтра, если мы еще немного их усовершенствуем, могут обернуться против нас.

Мы уже мельком касались этого вопроса — Рэй Курцвайл, рассуждая о перспективах развития искусственного интеллекта, предупреждает, что время появления нового, опасного соперника человечества не за горами. Через какие-нибудь 30 лет, как считает Курцвайл, мы столкнемся с тем, что системы искусственного интеллекта превзойдут обычный человеческий мозг и уже сегодня ученые задумываются, что можно противопоставить машинной мощи.

Одного из тех, кто пытался придумать способ избежать неприглядного будущего, звали Теодор Кажински (Theodore J. Kaczynski).

Человек, который взрывал будущее

Начиная с конца 70-х годов, научную общественность США терроризировал неизвестный, посылавший наиболее видным современным исследователям по почте взрывные устройства. В результате деятельности Unabomber’а (так прозвали террориста, потому что его бомбы взрывались, как правило, в университетах (universities) или самолетах (airplanes)) с 1978 по 1995 год погибло три человека, а получило ранение еще 23. Причем, было совершенно непонятно, чего добивается этот, безусловно, странный малый, своей целью, казалось, поставивший уничтожение цвета американской науки.

Первые бомбы, рассылаемые UnaBomber’ом, были относительно слабой мощности, и террорист явно старался причинить как можно меньше вреда живым людям (хотя еще в 1979 году он предпринял неудачную попытку взорвать самолет). Однако со временем неизвестный заметно ожесточился, и его адресатам стали приходить действительно «смертоносные посылки». Казалось, что он пытается дать понять что-то миру, а мир упорно его не понимает.

Страх нагнетался еще и за счет случайного, на первый взгляд, выбора жертв. Адресаты террориста не были знакомы между собой и работали в разных областях, так что вряд ли могли иметь много общих знакомых. Как выяснилось позднее, террорист и не был знаком со своими жертвами лично — для него они были всего лишь символами ненавистного общества. Буквами, с помощью которых он писал свое послание.

В 1995 году терпение террориста закончилось, и он пошел на рискованный шаг, который стал первым шагом к падению. После 17 лет террора неизвестный сам вышел на крупнейшие американские газеты и через три месяца после гибели очередной жертвы предложил компромисс. Они публикуют его эссе, а он, в ответ на это, в качестве любезности приступает к выполнению терактов, не направленных против конкретных людей. Письмо с таким предложением получили New York Times, Washington Post, а также издатель Penthouse Боб Гуччионе (Bob Guccione).

Немного подумав, журналисты согласились с предложением и опубликовали достаточно объемный труд (около 35 000 слов, для сравнения: в этой статье нет и 1000 слов). Эссе называлось «Индустриальное общество и его будущее», но в печать пошло и известно нам сегодня под названием «Манифест UnaBomber’а».

Кратко пересказать содержание и обоснование выкладок UnaBomber’а в рамках данной статьи не представляется возможным — манифест написан очень сжатым языком и содержит квинтэссенцию мыслей автора. Однако, по сути, все рассуждения террориста сводились к тому, что промышленная революция, которую большинство жителей развитых стран почитает за благо, на самом деле оказалась проклятьем, и чтобы спасти человеческое общество все прогрессивные представители его должны объединиться и совершить анти-научнотехническую-революцию, отказавшись от господства технократии, прогресса и полностью изменив структуру общества. Террорист призывал совершить неприятное, но необходимое усилие по изменению общества сейчас, пока еще у homo sapiens хватит сил и умений самостоятельно выжить после крушения технократической цивилизации. Чем дальше — предупреждал он — тем больнее будет отказаться от благ, предоставляемых техническим прогрессом, тем изнеженнее будет человек. Позднее, эту мысль повторит и разовьет Рэй Курцвайл, описывая опасность будущей потенциальной зависимости человека от компьютеров.

Публикация манифеста одновременно стала и публикацией приговора террористу, хотя он сам об этом еще не знал. Однако манифест, растиражированный в миллионах экземпляров, попал в руки к Дэвиду Кажински (David Kaczynski) и тот, прочитав его, начал испытывать беспокойство по поводу того, чем занимается его старший брат — слишком уж были похожи мысли, изложенные в манифесте, на то, что слышал Дэвид от своего брата Теодора.

Через некоторое время о своих подозрениях Дэвид рассказал агентам ФБР, а в апреле 1996 года выпускника Гарварда образца 1952 года Теодора Кажински арестовали по подозрению в изготовлении взрывных устройств. Проведенные обыски показали, что манифест напечатан на печатной машинке Теодора. Также, в его лачуге, были обнаружены детали и химические вещества для изготовления бомб, книги на нескольких языках, статьи — над «разрушением до основанья» современного ему мира Теодор работал серьезно, с научным подходом.

Судебное разбирательство длилось более полутора лет, и в итоге Теодор был-таки осужден, после чистосердечного признания на 4 пожизненных заключения без права обжалования. И ему еще повезло. Семье Теодора удалось договориться с властями о тюремном заключении вместо вполне вероятного смертного приговора — Теодор страдал явным психическим расстройством, что, вкупе с признанием, послужило смягчающим обстоятельством. Теодор заботы не оценил — последнее письмо брату было отправлено им в 1995 году и заканчивалось словами «Я НЕ ХОЧУ НИ СЛЫШАТЬ О ТЕБЕ, НИ ВИДЕТЬ ТЕБЯ, РАВНО КАК И ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ ЧЛЕНОВ НАШЕЙ СЕМЬИ, СНОВА».

Дэвид за содействие с властями получил солидную денежную премию (между ним и агентами, участвовавшими в задержании, был поделен 1 миллион долларов), но на себя не потратил ни цента. На полученные деньги он основал фонд помощи семьям жертвам Теодора и оказывает им финансовую поддержку.

Теодор сидит в федеральной тюрьме Supermax и проклинает своего младшего брата, но на самом деле Кажински добился своего. Вирус неолуддизма, выпущенный им на волю, заразил нескольких видных ученых и, среди них, Билла Джоя, одного из главных ученых компании Sun Microsystems.